Сколько стоит коммунизм?

(Андромедность туманы)

 

          Когда запланированный доклад о текущих задачах партии и народа наконец завершился, и аудитория облегчённо вздохнула, с места запланированно подняла руку товарищ Тара Барщина — знатный археолог, специалистка по раскопкам космодромов древних людей.

          — А сколько стоит коммунизм? — задала она оратору запланированный вопрос.

          Генеральный секретарь ЦК Компартии Вселенной товарищ Голод Ранец набрал для ответа побольше воздуха в лёгкие и с возвышения для выступлений окинул взглядом Великое Народное Кольцо, последние ряды которого терялись где-то в темноте. На генсека смотрела почти половина всего человечества, и чувствовалось, что люди жадно ловят каждое произнесённое им слово.

          — Ну что же, дорогие товарищи, — с выражением начал запланированно отвечать генсек, — прежде всего следует заметить, что прозвучавший сейчас вопрос интересовал ещё людей Эры Разобщённого Мира. Но только сегодня точные данные по нему наконец-то получила учёная комиссия нашего очередного исторического съезда.

          Генсек веско отхлебнул воды, деловито вытер усы с бородой и покосился на древние портреты Предтеч,

Маркс, Энгельс и Ленин

с самым первым из которых у него имелось несомненное сходство.

          — Буду краток, дорогие товарищи, — пообещал оратор. — Как известно, под неустанным и передовым руководством наших партии и правительства человечество добилось свершения всех своих вековых чаяний. В мире уже давно нет ни ядерного, ни химического, ни бактериологического оружия. Навсегда исчезли ракеты и танки, гранаты и пулемёты. Наш мир теперь экологически стабилен, ибо загрязнение природы сведено к минимуму. Канула в Лету и капиталистическая эксплуатация человека. Всё это убедительно доказывает, что с каждым новым достижением мы неуклонно приближаемся к коммунизму. Но, как известно, товарищи, ничто на свете не даётся даром. За каждое достижение нужно чем-то платить. Таким образом, дорогие товарищи, даже у коммунизма должна существовать какая-то стоимость. Но как её найти? Чем её измерить?

          Позади оратора сидели члены Вселенского Политбюро — люди, казалось бы давно съевшие всех собак в области риторики. Но теперь даже они перестали зевать и с оживлением принялись следить за тем, что последует за сделанной оратором величественной паузой.

          — В Эру Разобщённого Мира, дорогие товарищи, — снова заговорил генсек, — стоимость исчислялась в деньгах, то есть в её мерах: например, в рублях или в долларах. Однако денег у нас уже давно нет. Но лучшие учёные умы Великого Народного Кольца всё же придумали, как преодолеть трудности с установлением стоимости коммунизма. Они подсчитали эту стоимость в типичной продукции нашего общества, той продукции, которая напрямую влияет на современный исторический процесс. Исходя из того, товарищи, что основной задачей коммунизма является максимально полное удовлетворение потребностей людей, наши учёные всесторонне исследовали меня и самых верных моих соратников. И тем самым узнали нужды наиболее испытанной в вопросах потребления части населения. Собранные данные наши учёные затем умножили сообразно численности всего человечества и, прибавив к полученному результату стоимость всей продукции Эры Разобщённого Мира, нашли в итоге общую стоимость коммунизма.

          По рядам слушателей прошло нетерпеливое движение: люди привставали и вытягивали шеи, готовясь не упустить финал ответа на животрепещущий вопрос.

          — Дорогие товарищи, со всей партийной принципиальностью, а также с чувством глубокого удовлетворения я должен проинформировать вас, — торжественно объявил генсек, — что коммунизм близок, как никогда раньше. Его общую стоимость составляют, во-первых, один триллион мегадолларов и два миллиона гигарублей Эры Разобщённого Мира. Ну, а во-вторых, следующий объём и ассортимент продукции существующей ныне Эры Светлого Будущего: сто двадцать дубин, триста кремнёвых наконечников и пятьдесят каменных топоров.

          Великое Народное Кольцо одобрительно загудело. Из угла инструкторов ЦК по борьбе за выживание раздались бурные и продолжительные аплодисменты.

          — Таким образом, дорогие товарищи, — перекрывая ликующий шум, победно возвестил генсек, — от коммунизма нас отделяет всего лишь сто кремнёвых наконечников и тридцать пять каменных топоров.

          Аплодисменты Великого Народного Кольца перешли в овацию, а от восторженного рёва аудитории чуть не погас огонь в костре полутёмной пещеры.

рисунок

          Ликование длилось долго: ведь в унаследованном от предков магическом обряде ответа на вопрос о стоимости коммунизма сегодня не было сделано ни единой ошибки. Это считалось добрым предзнаменованием, обещавшим несомненный успех.

          Генсек поправил сыромятную шкуру, съехавшую с плеча за время речи, сошёл с ораторского возвышения, благодарно улыбнулся аудитории и церемонно поклонился. Поклон его делался всё ниже, и когда руки генсека коснулись земли, он тут же с облегчением опустился на привычные четвереньки. А затем развёл улыбку до привычного оскала клыков и повёл Великое Народное Кольцо на охоту за черепами членов соседнего племени Национального Возрождения.

     1991 г.

 











        letters-on-screen@yandex.ru                                                                                                         Переписка

Flag Counter